Даша (danilovna) wrote,
Даша
danilovna

Подрощенные люди

О вопросе про помехи и идеалистов. Он же про нормы и их резиновость, которая круче московской, кстати. Моим ответом на него будет на первый взгляд отвлеченная история.

Когда мне было 11 лет, Герман Гессе грубо овладел моим отношением к книгам. Я их резко залюбила.

Обожаю его сказки. И его письма сыновьям. И особенно его самого, прожившего 85 лет, в большей степени в облаках обеих мировых войн. Он легче легкого и смешлив, хотя с гипертрофированной чуткостью к миру, в частностях и в самом общем его смысле. А еще он искренне чтил две вещи: смех и красоту. У него есть один момент в письме Мартину (сыну), объясняющий непартийность и нецерковность Гессе, но явно указывающий свою норму, идеал (письмо от апреля 1940 г.). На вопрос сына о том, какого черта в войну его папа делает, Гессе ответил: «…это в точности то же самое, что делают анемоны, примулы и другие цветочки, которые растут сейчас на всех лугах. Находясь в мире, который, может быть, завтра окутает ядовитый газ, они тщательно образуют свои листочки и чашечки, с пятью или четырьмя или семью лепестками, гладкими или зубчатыми, делают все точно и как можно красивее». Эстетика в настоящем духовном смысле. Гессе для меня в ментальном плане безупречен настолько, насколько может быть человек.

Был первым писателем, остался любимым.

Tags: ?
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments