July 12th, 2017

облака

Джонатан Литтелл

Не могла дочитать эту книгу несколько лет, потому что тяжеловато-опустошительно от нее. Будни нацистов в СС, расстрелы, война, лагеря, бюрократия, прострация, пожалуй, туповатость - это немножко невыносимо. Причем больше всего вымывала силы именно общая тупость происходящего: какому-то полоумному что-то стрельнуло в голову (Сталину ли, Гитлеру ли), и уйма народа бредет убивать друг друга. Эта идея - войны, подчинения, насилия, - даже при чтении забирает силы.
Тем страньше (как сказала бы Алиса), что в отзывах на "Благоволительниц" очень часто читатели пишут, каким захватывающим и даже сопереживательным вышло их чтение, насколько они оказались вовлечены, поглощены и практически инкрустированы в события. Три года, что я озадаченно подъёдывала (как сказали бы сибиряки) эту книгу, говорят, видать, о другом человеческом опыте.
Джонатан Литтелл отменный рассказчик историй про общества насилия. Он в этом беспристрастный документалист (очень советую "Чечня, год третий"). Но история, рассказанная от лица грустного (наверное, потому что неглупого) не последнего человека в СС, да еще и гея (а геи после Древнего Рима и до недавнего времени были практически всегда грустными), показалась мне лишенной многих достоинств других книг Литтелла. У меня нацистские волокиты не вызывают ничего, кроме усталой досады на людей. Для читателей, еще не обремененных этим чувством, наверняка чтение "Благоволительниц" будет познавательным и впечатляющим, как сцены размозженного младенца, живых гниющих трупов во рвах и офицерского минета где-то неподалеку.



У меня в голове постоянно вертелась фраза Честертона: «Я никогда не говорил, что тот, кто идет в волшебную страну, всегда неправ. Я только сказал, что он всегда подвергается опасности». Так вот что такое война — уродливая волшебная страна, место игр невменяемого ребенка, который, заходясь от смеха, ломает свои игрушки и веселится, выбрасывая посуду из окна?


«Фюрер принял личное командование группой армий? Правда?» — изумился я. «Именно. Я не понимаю, как он рассчитывает с этим управиться: ОКХГ в Ворошиловске, а фюрер в Виннице. Но он же гений и непременно найдет выход». Его тон стал еще более язвительным. «Он уже возглавляет Рейх, вермахт и сухопутные войска. А теперь вот и группу армий. Что дальше, как вы полагаете? Может быть, он примется командовать армией, потом корпусом, а затем и дивизией. А закончит тем, с чего начинал, — станет ефрейтором».


«Ну и что же самое ужасное из вашей практики?» Он отмахнулся: «Человек, конечно!»


Сталин, коварный осетин...

(с) Благоволительницы