Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

облака

Blood

Кровь на пальцах в первый день, иногда приходящая без каких-либо предупреждений, иногда сообщающая о себе заранее, вызывает удовлетворение – чувство глубокой связанности с телом, сообщения с ним, «все так, как должно быть». Собственная кровь приносит древнее(?) чувство и покой.

И это не [только] про «нежелательную беременность», это больше про восхищение телом, которое как автономная станция беспрерывно заботится о моей жизни. Будто в теле уже есть моя безопасность.
  • Tags
облака

Maximum

Из-за Life is strange: Before the storm вспомнила и ошалела от того, как чувствовалось и воспринималось в подростковости. Как ошалело навсегда, вечно, неизменно. Чем становилась дружба в том восприятии.
Сейчас мне страшно думать и чувствовать так. И это интересная разница. С нами происходят огромные перемены, которые приходится претерпевать. И от этой мысли большая нежность к юности, ее вынужденной уязвимости.

  • Tags
облака

Комьюнити

Ночью женщина стояла посреди тротуара, запрокинув голову, и орала, как дети орут, приняв решение выразить всю свою боль.
"Я больше никого никогда не полюблю" - сначала рычащий, потом воющий крик.
Вокруг нее - многочисленные окна девяти- и шестнадцатиэтажек. И пустота-темнота-тишина.
Эти дома в спальном районе регулярно слышат чей-нибудь долгий крик или клич. И часто откликаются, всегда по-разному. Мне нравится этот разговор одного с гигантской окаменелой волной людей. Нравится свобода взаимодействия (каждый может выразить что угодно).
В этот раз дома молчали. И я молчала. Мне показалось, ей никто не нужен сейчас, нужно только самозабвенно орать. Несколько(!) долгих громких минут.
  • Tags
облака

tradition and modernity

Мне интересно, сторонники идеи, что «любая работа хороша», стоят на том же и с инстаграм-блогерами и прочими виртуальными работниками?
Вчера увидела с корпоративного аккаунта девушку московскую молодую очень, которая зарабатывает миллионы именно в инстаграм. Я че-то, правда, до этого не понимала, что так бывает, подписки у меня другие совсем. И помимо всяких «как?», «сама?», «кто родители?», возник вот этот вопрос.
Раньше детей работать подгоняли часто этой фразой: «Работа любая хороша. Вон, дворником иди, листовки раздавай, в магазине работай, кафе и т.п.». Обычно говорили о низкоквалифицированном труде с маленькой оплатой. Вот глядя на оборотную сторону низкоквалифицированного труда с гигантской оплатой, принцип «бедненько, но чистенько» должен как-то трансформироваться, в какие-то другие ценности. Какие?
И насколько справедливо в контексте сегодняшней повестки рассматривать работу в соц.сетях как низкоквалифицированный труд?
  • Tags
облака

Тося Чайкина

Тося меня очаровала в 2018 году. Я неожиданно оказалась на концерте, где было несколько ребят на сцене, одна из них - Тося, и я на ней зависла. Как же хороша, правда.
Три года она менялась. Экспериментирует. Немножко заканьевестилась местами. И такая же ах.


Collapse )
облака

Ричард Эрскин

«Где у тебя носик?» Ребёнок, который указывает на свой нос, вознаграждается объятиями и похвалами. «Ты не забыл выгулять собаку?», «Что ты делал сегодня в школе?», «Ты будешь моей женой?», «Ты не видел мою трость?» Вопросы повсеместно используются для получения ответов, и ответ означает конец исследования.
облака

Александр Черных

«А вдруг война уже закончилась, просто мы еще не знаем?» Несколько раз слышал в Арцахе такую фразу – ее произносили военные на фронте, горожане в подвалах, ополченцы в покинутых женщинами и детьми деревнях. Всегда нарочито-шутливо, и всегда – с затаенной детской надеждой. Выскажешь желание, а оно и сбудется.

Еще обязательно тост «за мир». Неважно, где и что мы пили – коньяк из пузатых бокалов в ереванском ресторане или домашнюю тутовку из маленьких стопочек где-то высоко в горах. «За мир, -- говорил старший в компании. – Война никому не нужна, даже азербайджанцам. Я против них ничего не имею, они тоже люди. Это Алиев с Эрдоганам войну начали, а мирным людям война не нужна». Все кивали. Я тоже кивал ради приличия – хотя к тому времени уже насмотрелся на комментарии азербайджанцев в соцсетях.

Еще многие спрашивали меня: «Ну, что там Путин?», «Когда миротворцев ждать?». Я пожимал плечами. Впрочем, ответа от меня никто и не ждал.

***

Вчера я впервые с начала ковидной эры пошел в кино – ночью, после работы, разведать обстановку на новом месте. Смотрел «Довод» Нолана, закрученный, но глуповатый боевик. Ближе к концу, на сцене боя, меня замутило и физически стало плохо. На огромном аймаксовском экране свистели снаряды и гремели взрывы – совсем как те, что я слышал под Мартакертом. Куда-то бежали люди с автоматами, ехал броневик. Я вжался в кресло и думал о том, что прямо сейчас сотни настоящих людей куда-то бегут в темноте, стреляют, умирают…

Когда по экрану поползли титры, я полез в телефон – и узнал, что война закончилась. Объявлен мир; наконец-то высказался Путин, и даже миротворцев обещают ввести на пять лет.

***

Очевидно, что это не тот мир, за который мы пили в Армении и Арцахе. Не то окончание войны, которого ждали армяне. Не те действия Путина и России, на которые они надеялись. И все-таки – мир. Мир лучше войны. Время выдохнуть и задать друг другу вопросы – почему страна оказалась не готова к войне и как теперь жить дальше. Так, чтобы войны больше не было.

Я не политолог, не политик, не эксперт по региону. Я не думаю, что кому-то интересны мои личные мысли о действиях российского правительства. Я не готов отстаивать позицию, хороший это вариант для Армении, плохой или катастрофичный.

И я не представляю, что чувствуют люди из тех деревень, которые должны отойти Азербайджану. Все эти могучие старики с их гусями и гранатовыми садами, которые они возделывали всю жизнь. И все же… для меня все эти дни было самым главным желанием – чтобы остались живы все люди, которых я встретил в Армении и Арцахе, в тылу и на передовой, мирные и с оружием. Я переживал за каждого из них.

***

Была еще одна фраза, которую я часто слышал в эти дни от армян – в разных вариациях. «Мы должны воевать сейчас, чтобы не пришлось воевать нашим детям». «Мы должны решить вопрос о статусе Арцаха сейчас, чтобы его не пришлось решать следующим поколениям». «Это должна быть последняя война на этой земле – с таким итогом, который никто никогда не вздумает оспаривать».

Боюсь, что именно этой проблемы соглашение все-таки не решило.

(с) из телеграм-канала
белый платочек

Михаил Скипский и компания

На Meduza вышла статья Лилии Яппаровой о том, как взрослые дядьки из Что Где Когда сексуально используют детей, своих подопечных в интеллектуальных играх. Все началось с публичных открытий о Михаиле Скипском, и продолжилось тем, что Что Где Когда - это вообще организация, в которой сексуальное использование несовершеннолетних распространено, покрываемо руководством, допустимо и не наказуемо.
Мне кажется, это очень простой этически случай. Очевидно непозволительный. Сексуальное взаимодействие с несовершеннолетними - преступление. Юриспруденция считает, что это плохо. Если порефлексировать вне плоскости права, то, на мой взгляд, это тоже очевидно плохо. Ну, вот джентельмены, играющие на ТВ, готовы с этим поспорить. Так что вопрос, видимо, спорный.
Я вот помню, как ко мне несовершеннолетней подкатывали взрослые дядьки. Я помню, как мой друг рассказал мне, что в 13 лет его изнасиловала взрослая женщина. Я, кстати, не смогла его тогда поддержать: в то время эти проблемы публично не обсуждались, все было интуитивно. И интуитивно меня в том возрасте перспектива вступить в интимные отношения с людьми, у которых больше опыта и власти - пугала. Я чувствовала небезопасность и отвращение, потому что возникала мысль, что мы оба понимаем дисбаланс и мою уязвимость, и вот этот взрослый готов этим пользоваться. Я чувствовала этот дисбаланс лет до 23, наверное. Однако до сих пор у меня сохраняется чувство небезопасности и отвращения, когда человек, наделенный большой властью, и сознательно ею пользующийся, хочет от меня близости. Это в любом возрасте дерьмовый расклад.
Я не специалист в детской психологии, почти не выходила за пределы базового курса психоанализа и некоторых авторов неклассического психоанализа. Поэтому как гипотеза: возможно, важной оказывается доверительная и насколько возможно равная связь детей и родителей. Когда взрослость не становится чем-то граальным, святым, пьедестальным, когда нет страха и угроз. Может, тогда мир будет безопаснее для несовершеннолетних людей.

Наверное, в этом посте я хочу сделать видимой эту проблему: использование теми, кто сильнее/больше/защищеннее тех, кто слабее/меньше/уязвимее. И хочу сказать, что вы мудаки. Личное мнение :) И ура тому, что вас вытаскивают из ваших тайных уголков.
облака

Пф

Сегодня спросонья роились навязчиво мысли. Дурацковатые.

Все началось с ночи, когда я увидела в каком-то телеграмм-канале фото Дрейка с сыном и его матерью.

И мне приснилось, что у нас (не с Дрейком) дом и двое небольших детей («небольшие дети»). Мальчик слышал, как мы занимаемся любовью, теперь он плачет, протестует и задаёт вопросы. Я объясняю ему по-английски, мы разговариваем, он успокаивается.

Проснулась я с мыслями о любви к большим попам. Вот с этой картинкой чертового Дрейка и матери его ребёнка. И фразой «что-то эдипальное». Я задумалась: большая попа - маленький я, как уютная материнская фигура, которой можно укрыться.