Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

облака

Даниэль Кельман

Это, наверное, книга о книге, текст о тексте, мазня (не в плохом смысле, а в органическом) из автора/авторства и персонажей. Сборник рассказов, объединённых холизмом и общим настроем в духе Twin Peaks (нормального человека). Понравился финал, при равнодушии к книге в целом – бывает же такое.
Есть в этой шутке, литератором финте, что-то не затрагивающее. Я чувствовала себя частью читательского эксперимента, о котором предупредили, и потому не была искренне вовлечена.
Однако теперь почему-то вспоминаю эпизодами и думаю, что значит это безумие, и что значат те моменты, которые вспомнились мне из своей жизни.
Хочется добавить отсылку к тексту: я читала «Славу» в дороге – в поезде и самолёте из города А, в города Б и С. Доставляет злорадное удовольствие этот факт, учитывая сюжет с Рихтером.



После этого они занялись любовью, на этот раз не во сне, а наяву; впившись зубами ему в плечо, она на мгновение совершенно позабыла о своих пленных соратниках, а когда она так сильно уперлась ладонью ему в лицо, что он едва мог дышать, он и сам на пару мгновений забыл жаловаться и примечать все вокруг.


Немного погодя поезд уже несется между зеленых холмов, и на этот раз Розалия решительно не собирается засыпать.
Просыпается она, когда вагон ее тормозит у какого-то провинциального полустанка.


Раздается рев гудка, визжат тормоза, красный «Фольксваген» замирает на месте. Опустив окно, водитель что-то кричит ей вслед, но она продолжает идти – теперь уже и с другой стороны раздается визг тормозов, и белый «Мерседес» останавливается так резко, что его заносит в сторону, – такое Розалия раньше видела только в кино. Но она, не дрогнув, продолжает путь, и лишь дойдя до противоположной стороны улицы, чувствует, как колотится сердце и кружится голова. Прохожие замерли. «Есть, в общем, и такой способ [умереть], – думает она. – И время, и деньги на поездку в Цюрих сэкономить можно».


Или вот еще: «Что лучше – постелить на землю ковер или надеть ботинки?» Я прям сразу себе выписал. Просто вау. И как кому-то только такое в голову приходит?


Читать книжки – это никакая не профессия.


Зарабатывал хорошо, чувствовал себя страшно одиноко, по вечерам читал по-латыни со словарем или смотрел по телевизору такие комедии, в которых невидимые зрители смеются, когда должно быть смешно, – и учился принимать то обстоятельство, что жизнь такая, какая есть: что-то в ней подчинено нашему выбору, но далеко не все.


Я вспомнил, что не застелил постель, и начал думать, как бы сделать так, чтоб незаметно спрятать игрушечного слона, который жил в моей спальне с тех пор, как мне стукнуло десять, где бы я ни был.


…а моя секретарша […] вот уже несколько месяцев готовилась к участию в федеральном чемпионате по пейнтболу в какой-то деревушке в Нижней Саксонии...


Ко мне подбежала толстая маленькая девочка, ударилась об меня, упала и расплакалась.

(с) Слава
облака

Senses

Сегодня я трижды пропустила маршрутку. Они проезжали мимо одна за другой. А вокруг снегодождь, ветер, что в сочетании с маем казалось совсем абсурдным, как бывает во сне: одета не по погоде, погода не по календарю, и никак не можешь сесть на этот чертов транспорт. Ускользает испод пальцев. И бессильно, и смешно, и дико странно.
Вернувшись домой и отогревшись за пять минут, я поехала до метро на такси. В это время пошел сильнейший ливень, с пузырями и потоками. Он прошел за 10 минут, я вышла из машины в солнце испод черного неба. Очень сильно пахло рекой. Кажется, из-за корюшки повсюду.
облака

Fluid

Иногда встреча с человеком порождает большую усталость. Неважно, как и сколько вы провели времени вместе, все даже было хорошо, но оставшись одной, можется только лечь спать. Я пока не пойму, почему так. Есть образ, что такие встречи похожи на поездку не туда: будто сел не на свой поезд, мучился в дороге, понимая, что заперт в ложном направлении, и вынужден потратить еще много времени на дорогу домой. Иногда какая-то принципиальная разница между нами в сочетании со стремлением к близости рождает большую усталость. Наверное?
  • Tags
облака

visible / invisible

Сегодня впервые за несколько месяцев я надела платье (тепло стало). И вот что было:
- мне открывали двери;
- меня пропускали;
- водитель автобуса просил быть осторожной, не идти на красный, и обозначил мне, что "тут бордюр, аккуратнее".
В общем, по ощущениям в общественном пространстве, более полугода я была невидима, приходилось старательно лавировать в толпе и т.п., а сегодня внезапно я появилась, и сразу как Моисей рассекала человеческие волны.
Честно говоря, вот так да, вот как просто.
облака

Детальки 2

Петербургские старые трамваи в тихой светлой ночи гремят как жестяные банки с болтами и рождественскими колокольчиками.
  • Tags
облака

Эжен Савицкая

В некотором роде её почти невозможно читать. Но по паре страничек раз в неделю-две — любопытственно и ошалело. Как съесть хлеб с маленьким кусочком плесени. Или проглотить жука. В общем, для книги нужна известная доля всепринятия, индифферентности, не брезгливости, а ещё лучше присовокупить к этому авантюрно-диванное настроение. Вроде когда ты дерзкий, но шевелиться не хочется вообще. Смысла здесь нет, но есть образы, триггеры, и плесневелое всеми цветами декадентское эстетство, припорошенное как бы безумием.
Религиозным, догматичным, несовершеннолетним и «приличным людям» книга на 149% не зайдёт. А вообще знакомство с этим автором можно начать с его интервью — там все понятно становится.



Отвесили три подзатыльника, чтобы читал. Заставляли книгу глотать, кожа за кожей. Первая же пережеванная и проглоченная страница наполнила его желудок горечью.


Прежде чем прийти сюда, ты шагал по пустыне, ты отведал рыбы, сосал сосульку, тебя ласкал плачущий ребёнок, и ты вошёл в него, глядя, как в прозрачном тельце встаёт твой член и раздувается головка, теперь ты валяешься здесь, в Китае ты научишься садовничать.


...давным-давно некого любить, в лесу темно как в доме.


Не слушая предостережений машиниста, Жеструа привёл медведя к себе в купе и ссудил ему красивую пижаму в звёздах. Пока поезд спускался по склону с горы, Жеструа и медведь жарили себе миндаль. Престер дулся на своём паровозе.

(с) Мертвые хорошо пахнут
облака

Джон Дос Пассос

Книга написана почти сто лет назад и свидетельствует о начале той Америки, какую мы знаем теперь. Люди мечтали о деньгах и готовы были переплыть океан, лишь бы «выдвинуться», ведь Америка — страна больших возможностей. Моряки и коммерсанты, адвокаты и актёры, смекалистые благородные барышни и эскорт-танцовщицы, презираемые ирландцы и бежавшие с ферм афроамериканцы заполняли строящуюся страну — кипел «плавильный котёл». А самые смелые пророчествовали о высоченных домах из стали и стекла. Копоть паровозов, пароходов, пыль городов, пот от длиннющего рабочего дня, много, очень много вложенного труда и мало рабочих мест. Суровое и одновременно мечтательное время, далекое от войны, описано прекрасным языком с эдаким неожиданно постмодернистским юмором. Этот роман сколочен как добротные сапоги, кажется вневременным и по-хорошему простым. А «золотая пыль», прилагательные «жемчужный», «дымный», «шафрановый», «солнечный» «сапфировый», «рубиновый», «кровавый», «бриллиантовый» и пр. создают ту самую атмосферу, звучат сочно и к месту. Это уже не живопись словом, а кино. Контраст убойного труда и шика ревущих 20-х завораживает.



— Говорю вам, мама, я не вернусь к нему!
— Но, Роза, семейная жизнь — это не только пиво и кегельбан.


— Человек, как на счёт крюшона?


— Я не католик и не протестант. У меня нет денег и нет работы. Посмотрите! — Конго ткнул грязным пальцем в разорванную коленку. — Вот вам анархизм. К черту! Я поеду в Сенегал и сделаюсь негром.


— Вы, кажется, очень рады, что приехали домой, милый мальчик? — спрашивает дама.
— О да, мне хочется упасть и целовать землю.
— Какое прекрасное, патриотическое чувство!


— Как ты думаешь, интересно быть тюленем?


— Посмотрите-ка на эту женщину напротив. У неё лицо совсем как у ламы.
— Я из-за неё должна весь день держать ставни закрытыми.
— Почему?
— О, вы ещё слишком молоды для таких вещей. Вы будете шокированы, Джимми.
Рут наклонилась к зеркалу и намазала губы.
— Меня столь многое шокирует, что это уже не имеет значения. Однако идём на улицу. Светит солнышко, люди идут из церкви домой, чтобы нажраться и почитать в воскресной газете про каучуковые плантации.


Солнечный свет капал на ее лицо сквозь маленькие дырочки в полях соломенной шляпы. Она шла быстрыми, слишком частыми из-за узкой юбки шагами. Сквозь тонкий шёлк солнечные лучи щекотали ей спину, точно человеческая рука. В тяжелом зное улицы, магазины, люди в воскресных костюмах, соломенные шляпы, зонтики, трамваи, таксомоторы мчались на неё, ослепляя ее острым режущим блеском, точно она проходила мимо кучи металлических отбросов. Она шла на ощупь в путанице пыльного, иззубренного, ломкого шума.


Полуденное солнце мутно спиралит в окно ресторана. Засурдиненный оркестр спиралит «Индостан». Он ест пирожки, она ест сладости. Они танцуют с набитым ртом, мягкий синий джемпер льнет к гладкому чёрному пиджаку, обесцвеченные перекисью завитки — к гладкому чёрному пробору.


В конторе кисло пахло клеем, бумагой и мужчиной, снявшим пиджак.


На дне пропасти, что была внутри неё, тысячи гномов строили высокие, хрупкие, сверкающие башни.


Хватит с меня! Я снял квартиру на 22-й авеню вместе с одним парнем. Мы заведём пианино и будем жить припеваюче.

(с) Манхэттен
*написано так хорошо, что хочется цитировать целые страницы
облака

Каринэ Арутюнова

Фразу "с какой нежностью он касается ее спины" я прочла как "...ее псины". А дальше оказалась строчка про глаза старой собаки. Возможно, это говорит о крутой связанности текста?
Книга меня привлекла принадлежностью к серии "Уроки русского" и обложкой: алая, с черной графичной головой коровы и надписью "Когда со мной бес - мне нет равных". Это сборник рассказов "Пепел красной коровы". Первая сотня страниц оттолкнула (будто текстовая "Нимфоманка" Триера - не к этому была готова), а потом я уже захотела остаться читать. То ли в тексте что-то изменилось, то ли попривыкла. Вообще, Каринэ создала у меня впечатление женского Сергея Соловьева ("Крымский диван", "Аморт" и др.)*:


Поезд несется во тьму с трубным воплем. Незнакомые люди сидят напротив. Они жестикулируют, рассказывают анекдоты, смеются, вспоминают забавные и трагичные случаи из жизни, впрочем не особенно прислушиваясь к собеседнику, - они играют в покер, преферанс, дурака, они кокетничают и сочувствуют, оправдывают и обвиняют, они задают вопросы и сами же отвечают на них. Со многими мне по-настоящему жаль расставаться. Иногда они одеты, чаще обнажены, но это мало кого смущает. Нагота чужого тела со временем становится привычной и ожидаемой. Они прихлебывают чай из прозрачных стаканов, крутой кипяток, подкрашенный заваркой, - мне покрепче, - шепчу я, но кипяток льется и льется сквозь растопыренные пальцы на колени, - когда-то это вызывало ощущение нестерпимой боли, теперь я же с болезненным любопытством всматриваюсь в кирпичного цвета струю.
На полной скорости поезд влетает в тоннель, и голос мой, такой совершенный, тонет в страшном гуле и скрежете.


Вы слышали когда-нибудь, как поет моя бабушка? Голосом Рашида Бейбутова, смешные сладкие песенки своей молодости, - если нет, то вы многое потеряли, - иногда моя бабушка приходит ко мне по ночам, садится напротив и долго смотрит на меня тревожными глазами и говорит - кинд майнс, а фишеле, - а потом запевает девичьим голосом, дрожащим от нежности и смущения, - я встретил девушку, полумесяцем бровь...


Нам надо выяснить отношения. Давай выясним, поговорим. Она отложила журнал и с собачьей какой-то готовностью подняла глаза. Небесные свои глазки. Доверчивые. Влюбленные. Ожидающие.
Ну, давай же выясним наши отношения, о, давай, давай поскорее выясним наши отношения, - о, отношения, что ты скажешь о НАШИХ ОТНОШЕНИЯХ, ДОРОГАЯ, - слово "отношения" повисло в воздухе малоаппетитной рыбиной, довольно несвежей, и ей захотелось рукой отвести ее от себя, ну, чтобы не болталась перед глазами, не мешала.


В женщину нужно входить, как в Лету, познавать ее неспешно, впадать в устье, растекаясь по протокам. Эта, назовем ее Анной либо Марией, можно - Бьянкой, станет последней и единственной, - лишенной суетности, расчета, эгоизма, - само безмолвие, стоящее на страже его сновидений, оберегающее его откровения, не позволяющее праздному любопытству завладеть его страхами, воспоминаниями, - зимой его осени, весной его зимы, его расцветом, его Ренессансом и его упадком.

(с) Пепел красной коровы

*дурной это тон - сравнивать. Но это сравнение ощущений, а не писателей.
облака

(no subject)

В поезде сосед показывал свои пляжные фото в плавках, стремительные спортивные с занятия горными лыжами и кайтом… «Мужчины Вашего возраста неминуемо обращаются в мнимый эстрим». Даже после этого он не обиделся.

Поняла, что очень многому из того, что я знаю и умею делать хорошо, я научилась из-за того, что просто никто не мог помочь. Так наверное оно всегда и происходит